Лариса Кузнецова

Директор школы №5 Лариса Кузнецова знает не понаслышке, как быть второй мамой для своих учеников.
Автор: Олег Быков. Фото Вячеслава Светличного.

Мама из Черты

В нынешнее воскресенье будет отмечаться День матери. Поздравлять будут и юных рожениц, и седовласых бабушек. И неспроста: мама у многих – самое первое слово, и всю жизнь мы согреты её теплом.

Мама у нас одна, но мы нашли беловчанку, которую называют мамой даже не десятки, а сотни людей! Это директор школы №5 Лариса Альбертовна КУЗНЕЦОВА.

Школа №5 находится в микрорайоне Чертинский. Место, чего греха таить, непростое: хватает там и безработицы, и неблагополучных семей, с которыми нужно уметь говорить, а если придётся, то и помогать. О том, как найти общий язык с детьми и их родителями, как стать для многих поколений учеников второй мамой не на словах, а на деле, педагог рассказала «БВ».   

Разве учителю так можно?

— Лариса Альбертовна, расскажите о себе.

— Моя семья переехала в Белово из Хакасии, когда я училась в 4 классе. Мы – чистокровные немцы. Отец Альберт Вильгельмович Сайбель был отличным столяром, делал домашнюю мебель своими руками, мама Ида Николаевна работала осмотрщиком на железной дороге. Семья была многодетная: у меня брат и три сестры.

Папа рано умер, воспитывала нас мама. Ей уже 82 года, но и сейчас, как в юные годы, она поддерживает в доме строжайший порядок и чистоту, следит за собой. Всех вывела в люди, приучила к порядку: встал поутру, печку затопил, пол помыл — и только потом детей буди (улыбается). 

Иногда до слёз бывало обидно, если мама вдруг проверяла, есть ли пыль после моей уборки. А сейчас говорю: «Мама, благодаря тебе мне никогда не стыдно принять гостей!». И своих детей – Кристину и Артёма – я вырастила такими же аккуратистами. Сейчас они уже сами большие и ответственные. Дочь  работает заместителем главврача по экономике Станции «Скорой помощи», а сын – сотрудник МЧС.

— Всегда хотели быть учителем?

— Моя первая учительница в Белове Валентина Алексеевна Жуласова стала для меня образцом педагога, человека и просто красивой женщины. А ведь поначалу я в ней чуть не разочаровалась. Мама подала идею поздравить нашу классную руководительницу, которую я ещё и не видела (она была на больничном, когда я перевелась в школу №5). Родители купили сообща сервиз, а мы – ученики — пошли её поздравлять. И вот она вышла к нам: в бигудях, в платке, в халатике… Просто крушение мечты, плакать хотелось! Бабушка мне рассудительно потом пояснила: «Она же была дома, разве она везде должна носить нарядное платье?!».

Уже потом, увидев Валентину Алексеевну в школе, я поменяла мнение: так она была прекрасна в своём чёрном платье с аккуратной причёской, с яркой улыбкой! Кстати, мне напомнили об этом случае спустя годы. Когда у меня был свой четвертый класс, дети пришли ко мне домой, и я хотела выйти к ним в домашней одежде. Бабушка лукаво улыбнулась и сказала: «А разве учительнице так можно? Забыла собственные слова?».

— Преподавать начали в школе №5?

— Нет, я начала свою трудовую деятельность в школе №9, что на улице Южной (Чертинский). Пять выпусков, до сих пор помню имена всех детей! Там же стала зам. директора по воспитательной работе и впервые столкнулась с непростой жизнью нашего микрорайона. Проверяла быт учеников, а родители тоже были разными: однажды одна пьяная мамаша погналась за мной с топором, пришлось убегать по куче угля. Ей — 15 суток, мне — воспоминания на всю жизнь!

Но уже тогда я заставляла себя возвращаться и доводить дело до конца. Аккуратности, точности, строгости меня учила мама, а пионерская и комсомольская жизнь приучила не оставаться равнодушной нигде, быть первой и в учёбе, и в сборе макулатуры. Это моя работа. И я обязана удостовериться, что детки, которые у нас учатся, накормлены, обуты-одеты, умыты, а домашнее задание – выполнено. Если для этого нужно прийти к ним домой, заглянуть в кастрюли на плите, проверить уголь в углярке – то я это сделаю, меня и угрозы не остановят. Тепло, чисто, наварено – вот что нужно детям!

Потом была работа на Станции юных техников. А 7 лет назад по приглашению начальника Управления образования В.Я. Шафирко я вернулась в свою родную школу №5, в которой училась в детские годы. Сейчас сижу в директорском кабинете и вспоминаю, что тут когда-то был кабинет физики, где меня принимали в комсомол! Этот район и школа –  моя родная семья. 

— Помните, с чего начали на новом месте?

— Меня назначили в августе 2014 года, и за месяц успели провести косметический ремонт: подправили фундамент, покрасили окна, переделали запасные выхода и т.д. А в начале сентября в школу пришла ветеран ЦОФ «Беловская» Галина Ефимовна и сказала, что на ЦОФ назначен новый директор — Владимир Фёдорович Харченко, посоветовав записаться к нему на приём.

Приняв нас, Владимир Фёдорович пообещал приехать к нам в школу. И такой конфуз чуть не случился! Помню, как сейчас: заходит он с улыбкой и огромным тортом в руках – и поскальзывается на прогнивших досках! Торт не выронил, понимающе посмотрел (улыбается). Мы прошли по школе и обговорили, что необходимо сделать в первую очередь. Начиная, естественно, с ремонта пола на входе в школу. И вот с тех пор ЦОФ оказывает нам любую помощь. Сейчас вот заканчивается капитальный ремонт крыши спортзала.

Благодарим, как можем. Уже привычным стали наши живые поздравления ко всем значимым праздникам работников ЦОФ – с песнями, стихами. Там всегда наших деток ждут аплодисменты и подарки. А Ваню Логунова, который очень солидно читал стихи о директоре, Владимир Фёдорович в шутку стал называть его своим преемником.  

Жизнь на Черте

— Чертинский считается не самым благополучным микрорайоном. Это справедливо?

— Если сравнивать с советским временем, то да. Тогда здесь работали шахты «Западная», «Новая», «Чертинская», ЦОФ «Беловская», у местных жителей была престижная работа, работал ДК «Горняк», кипела культурная и интеллектуальная жизнь. Но потом закрылись два первых предприятия, началась безработица. Коренные чертинцы умирали или уезжали. А среди приезжих стали появляться многодетные, неблагополучные и малоимущие семьи. Трудно было даже собрать деньги на школьное питание. Сейчас, благодаря Федеральной программе, обеспечили питанием начальную школу!    

— Много ли в Черте таких семей?

— Если судить по моим ученикам, которым нужна какая-либо помощь – материальная, психологическая, моральная, – то их немало. Часть семей живет на пособия, не имеет постоянной работы. Многих детей приходится отправлять на комиссию (ПМПК) и переводить в 15-й интернат: слишком многое они пережили с младенчества, психика у них расшатана. Сами подумайте, каково, например, стать свидетелем суицида собственной матери! Иногда, знаете, бывает такое желание: поставить койки для таких детей прямо в школе, не отпускать их домой! Но это, увы, невозможно…

Находим любые возможные способы помощи. Например, собираем в школе необходимые вещи, обувь, рюкзаки, выдаём их нуждающимся семьям. Верим не просьбам родителей (некоторые рассуждают: попрошу помочь, а меня потом лишат родительских прав!), а своим глазам. Прохудились ботинки – пора менять и т.д.  А психологическую помощь детям предоставляют сотрудники «Тёплого дома»: многих им удалось отогреть!

— Есть ли взаимосвязь между многодетностью и неблагополучностью?

— Думаю, что нет. Дело не в нужде, не в деньгах, а только в любви к детям, которым ты дал жизнь. За примером недалеко идти. У нашей учительницы Екатерины Григорьевны Булычёвой – шестеро детей, пять учатся в школе. Все детки занимаются в ДК «Шахтёр», потому что родители находят время, чтобы развивать их культурно. Детям же нужно не так уж и много внимания: мы охраняем их в школе, вы – дома, так и сбережём!

Борьба за детство

— А что может сделать учитель или даже директор школы, если его ученики живут в неблагополучной семье? Полномочий-то у вас никаких…

— Зато у нас есть любовь к детям. Недавно был случай. Ко мне позвонила мать одного из учеников: «Лариса Альбертовна, помогите: на улице Балтийской в доме двое маленьких детей, а печь там два дня не топится!». А на дворе -16 градусов. Сразу же поняла, что это за семья: мать, пятеро детей, один ребёнок учится у нас в первом классе. Но важно не то, что это наш ученик. Дети в беде!

Звоню инспектору ПДН Светлане Борисовне Городиловой и бегу туда вместе с учительницей первого класса Полиной Дмитриевной Бардокиной. И вот мы на месте. Окна на веранде выбиты, собака еле гавкает от голода. Двери настежь, внутри дома грязно. Кричу – никто не отзывается. И вот на диване вижу комочек одеяла. Под ним дрожит маленький мальчик. Чуть дальше с кресла свисает красная ножечка – это его братик, лет полутора. И больше никого, где остальные трое – неясно.

Иду в соседний дом, где живёт бабушка этих детей. Там тепло. Спрашиваю, почему же внуков не забрала хотя бы погреться. Ответ: «А зачем?». 

Двух оставшихся детей нашла дальше по улице, были в другом доме. Подъехала инспектор, а тут прибежала мама, хватает дочек – и бежать! Тяжёлая сцена: для них она всё равно мама!

Детей забрали, мать кричит мне: «Ну что, добилась своего?!». Нет, говорю, это вы добились того, что ваших детей пришлось забрать! Извиняться стала передо мной, а нужно-то извиняться перед детьми! Надеюсь, что новогодние праздники эти дети проведут в «Тёплом доме», а там… посмотрим! Жизнь научила, что обещания исправиться мало чего стоят, пока не подкрепятся делами!

— Чувствуется, что у вас есть немалый опыт таких интервенций для спасения детей…

— Помогать детям из неблагополучных семей я старалась ещё в пору работы в школе №9. Тогда же научилась раскрывать некоторые хитрости. Помню, одна, ещё вчера сомнительная мамаша пригласила к себе в дом: мол, у меня теперь всё в порядке! Пришли проверять. И вроде всё в порядке: пол вымыт, печь натоплена, на ней кастрюли стоят. Некоторые соцработники этим удовлетворятся: всё же хорошо! Я приподняла крышки – а там ничего, кроме тёплой воды! Спрашиваю маленькую девочку, что она кушала. Отвечает: «Суп из семечек». Знаете, что это был за супчик? Семечки бросили в воду, поварили – вот и «супчик». А что ещё кушала? Говорит: «Лапшу», достаёт из стола сухие макароны и грызёт. И в другой комнате второй лежал ребёнок, который не ходил, а комната обогревалась плиткой с открытой спиралью. Ту маму, кстати, потом лишили родительских прав…

— Откуда у вас это ощущение: я могу и имею право требовать что-то от родителей? Ведь многие педагоги ограничиваются только тем, что преподают в школе, а что вне её – им без разницы… 

— Мне кажется, что в моей школе нет равнодушных учителей. Во всём я стараюсь подавать личный пример. Выхожу на проверку угля вместе с учителями, участвую в спортивных забегах на День здоровья, катаюсь на санках с горки, пеку блины на Масленицу, когда мы устраиваем праздник на школьном дворе для всего микрорайона. Мы с ними и в радости, и в горе.  

— Бывают случаи, когда помочь хочешь, но не можешь?

— Далеко ходить не нужно. Один мальчик уже два года не может нормально учиться, в 7 класс перевели с академической задолженностью. Он сбегает из родительского дома (пьют и отец, и мать) к сестре – но она живёт за шахтой «Западная», оттуда ему почти невозможно добраться до школы. И ведь мальчишка хороший! Сейчас пишем письма в Центр содействия семье и детям, во все контролирующие органы. Я обязана его тянуть, за борт не выброшу. Но иногда такая беспомощность накатывает!

Работа с родителями

— Наверно, стараетесь как-то работать с родителями? Не только кнутом в виде ПДН, но и другими способами…

— Помню, что начала с изменения формата родительских собраний. Обычно это скучное мероприятие: собрались, поговорили и разошлись. У нас они  проходят иначе. На каждом собрании дети демонстрируют свои таланты — в виде концерта, который мы готовим вместе с детьми.

Стараюсь взывать к совести. Встречая родителей, которые не лучшим образом заботятся о своих детях, говорю им: «Отлично, пришли посмотреть на моих (именно моих!) детей, как они живут, в тепле, в сытости!». Опускают голову, отводят глаза… Уверена, что кому-то становится стыдно.

Стараюсь помогать семьям наших ребят и материально. Наш давний друг В.Ф. Харченко ежегодно соглашается выделить уголь для нуждающихся. Главное – чтобы люди помнили не только о своих правах, которые они знают прекрасно, но и о своих обязанностях. А то мне иногда кажется, что в некоторых домах на стенах не ковры висят, а телефоны президента, губернатора, мэра города и начальника Управления образования (улыбается). Жаловаться все умеют, а вот делать что-то сами для своих деток – немногие!  

— Есть родители, которые вам помогают?

— Неравнодушных людей немало. Общешкольный родительский комитет возглавляет мать троих детей Галина Николаевна Труханова – наш постоянный помощник. У семьи Ботановых – 10 (!) детей, пятеро учатся у нас. Их мама Алёна Васильевна переживает за школу почти так же, как за своих ребятишек. А папа Александр Геннадьевич летом приносит свои инструменты, помогает с ремонтом. Он дальнобойщик, а в рейсе, как признаётся, только и думает – как бы воспитать достойных детей. И воспитывают достойно: дети являются Губернаторскими стипендиатами. Помогает нам Евгения Алексеевна Манина, вплоть до стирки штор в кабинетах. Мать троих детей Олеся Николаевна Саночкина во время дистанционного обучения взяла шефство не только над своими, но и над соседними детьми, которые приходили к ним заниматься.

Тепло на дистанции трудно почувствовать!

— Как справлялись с дистанционным обучением? Ведь даже сейчас не у всех детей есть домашние компьютеры!

 - Было непросто приспособиться. Учредили шефство родителей над учениками, договорились, чтобы дети, не имеющие доступа в сеть, могли бы заниматься на дому у ребят, у которых есть Интернет. Чтобы одна многодетная семья получила доступ в Интернет, я связалась с одним своим бывшим учеником, который работает в компании-провайдере, он их подсоединил и нашёл тариф со скидкой. Одному ребёнку отдала свой мобильный телефон: не ноутбук, но всё же можно участвовать в видеоконференциях. 

— В чём, по-вашему, преимущество очного обучения?

— В том, что дети у меня перед глазами. Они в тепле, они сытые. Я знаю всех детей, что учатся у нас, – их 237. И у каждого я могу спросить, как он живёт, есть ли дома уголь, дрова, есть ли еда на столе. Дети у нас очень открытые, говорят всё. Я знаю, у кого мама ушла в ночь, не натопив печь, кого не покормили с утра, кого не проводили в школу.

— Чем занимаются сейчас педагоги школы №5?

— У нас идёт период угольных проверок: узнаём, достаточно ли топлива в домах их учеников, как они живут. Да, формально учитель не обязан этим заниматься, это не входит в его должностные обязанности. Но учитель не должен оставаться равнодушным, ведь это наши дети. И городская администрация держит этот вопрос под контролем.

— Лариса Альбертовна, говорят, что в школе вас называют мамой. Слышали об этом?

— Да, есть такое. Кстати, «мамочкой с ребёнком» меня в шутку называли ещё в детские годы, когда я повсюду таскала с собой свою младшую сестрёнку – и на пионерские собрания, и на сбор металлолома (смеётся). Педагог, по сути, и должен быть вторым родителем для ребёнка, особенно если первый не всегда справляется со своими обязанностями. Отношусь к этому «званию» по-доброму: мама – это наше первое и самое дорогое слово в жизни. Думаю, не просто так мамой назвали!

Нашли ошибку? Выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

0 0 vote
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомление о
guest
0 комментариев
Inline Feedbacks
View all comments

Погода