Никаких проблем (юмореска С. Мишулина)

Имя дочери оставил подлинное – Карина

В прошлом номере «БВ» мы опубликовали материал о беловском литературном следе известного актера Спартака Мишулина. Я встречался со Спартаком Васильевичем в октябре 1986 года, когда он вместе с другими актерами Театра сатиры приехал для выступления во Дворце культуры завода «Кузбассрадио», ныне ЦДК города Белова. Взял у него интервью, а Мишулин, в свою очередь, попросил меня посмотреть юмореску, которую он написал здесь же прошедшей ночью в номере гостиницы «Юность». Я ее немного подредактировал, и мы ровно 33 года назад, 15 ноября 1986 года, опубликовали ее в нашей газете, выходившей тогда под названием «Знамя коммунизма». В материалах его биографии сообщается, что у Актера были и другие рукописи, но все они сгорели в пожаре у него на даче. Возможно, беловская рукопись, которая все эти годы хранилась у меня, — единственная из уцелевших. После выхода материала «Несгоревшая рукопись Спартака Мишулина» мне несколько человек позвонили и попросили опубликовать юмореску, потому что мало где можно найти выпуск нашей газеты тридцатитрехлетней давности. Вот она.

Никаких проблем

Я читаю газеты довольно часто. Каждый день. Утром и вечером. Все, какие можно выписать. Не я выписываю, мне выписывают. Газеты всегда аккуратно сложены около кресла. Их складывают мои жена и дочь. Только приди с работы. Только сядь в кресло. Только протяни руку...

И кому, как не мне, знать, что в газетах много места уделяют взаимоотношениям мужчин и женщин. Мужчин упрекают в невнимательности к женщинам. Мол, придут с работы и — в кресло. Придут с работы и — к телевизору. Придут с работы — и за газеты. Нет бы помочь женщине! Похлопотать! Помыть! Приготовить! Расставить! Накормить! Постирать! Постелить! Пропылесосить! Проветрить! Выключить! Закрыть! Погасить!

Спор этот вечный. То — женщины, берегите мужчин! То — мужчины, берегите женщин! То — женщины уступайте! То – мужчины уступайте! То — матриархат. То — патриархат. Проблема за проблемой. Сами себе создаем проблемы. И среди всех этих «матри» и «патри» упустили главное: семья — ячейка. Основа государства. Тут нужно и «патри», и «матри» объединиться и спасти  семью.

Я люблю своих повелительниц — жену и дочь, и, узрев у них усталость по хозяйству, решил вес взять в свои руки. И взял. Сначала отпуск на один день. Потом, когда они покинули дом, взял кастрюлю и сковороду. Потом продукты и книгу по домашнему хозяйству. Начал с обеда. Придут женщины домой, и — никаких забот. Все на столе.

Готовить было легко. В книге все написано. Взять кастрюлю, бросить туда того, потом этого. Чего-то нарезать. Чего-то накрошить. Все перемешать и — на огонь. Правда, в книге не было написано, что все это надо залить водой. Но после черного дыма, исходившего из кастрюли, я и сам понял, что кастрюлю надо залить водой. Что я и сделал, наполнив кухню неизвестно откуда появившимся паром, запахом одеколона и горелой резины.

Второе готовить было легче. Сковородка воды не требовала. Не надо быть пожарником, чтобы догадаться, как гасить горящее второе.

К своей радости, я заметил, что после всех этих манипуляций у меня осталась уйма времени. На что женщины сетуют, непонятно! Поставил на огонь и отдыхай. Я себя не щадил. Интенсификация так интенсификация. В ванной накопилось много белья и пол давно не мыт. Использую свободную минуту для стирки.

Залил ванну водой. Заглянул в книгу. Забросил в воду все специи, которые рекомендовала книга. Не забыл добавить и немного клея. Это  по  рецепту:  каким-то образом улучшается качество стирки. Я этого не понимаю. Женщинам виднее. Собрал все, что как-то напоминало о стирке, и забросил в ванну. Простыни, наволочки, рубашки, носки, нижнее и верхнее белье и даже свой костюм. Единственно в книге не было написано, какой именно клей нужно было добавить. У дочки взял три пузырька канцелярского клея и от себя с болью в сердце оторвал четыре плитки столярного. Все это хорошенько перемешал.

Пока белье замачивалось, а обед варился, я принялся за пол. Я помнил этот процесс с детства, когда жил с бабушкой в деревне. Сначала она обливала пол водой. Потом брала скребок и долго его скребла. И — идеально чистый пол.

Все это я проделал с легкостью. Правда, блеск на паркете исчез. Опять помогла книга. В ней черным по белому было написано, что паркет можно покрыть лаком. Пришлось разорить жену и забрать у нее взаимообразно все пузырьки с лаком. И перламутровый, и бесцветный, и розовый, и бордовый. Пол получился на славу. Разных оттенков и цвета, а главное, быстро высох. С бельем, правда, получилась неувязочка. Оно все напоминало замороженную рыбу.

В дверь позвонили. Вошли жена и дочь. Я улыбался и ждал поцелуев. Они переглянулись и принюхались. В их глазах я зарегистрировал сейсмические волнения. Они прошлись по квартире. От кухни до комнаты.  По лакированному полу, и через секунду из ванной раздалось приглушенное клокотанье, напоминающее начало извержения вулкана. Они вышли из ванной и молча, синхронно указали мне на кресло, чтобы я сел. Я сел.

— Миша! — начала жена. — Милый! Любимый! Ты знаешь, как мы к тебе относимся. Но с сегодняшнего дня вот наше условие: чтобы ты никогда не входил в кухню готовить, только есть. Никогда не мыл посуду, не мыл полы, не убирал комнату, не стирал, не кормил, не стелил постель... Если еще раз... Если еще однажды... Мы с дочкой уйдем.  Навсегда.

А так как я люблю свою жену и дочь Карину, я поклялся, что никогда не нарушу их условие.

И после того дня только прихожу с работы, мне в руки — все газеты. И кресло пододвигают. Прочту газеты, футбол включают по телевизору. Если его даже нет в программе, все равно находят и включают. И не надо больше писать о «матри» и «патри», надо любить друг друга и стараться сделать все для женщины. Хотя бы один раз. И больше вам не о чем заботиться.

avatar
  Подписаться  
Уведомление о

Погода