Николай Батищев

– наставник беловских туристов и шашистов. Эти два  занятия развивают силу и интеллект.
Автор: Олег Быков. Фото Вячеслава Светличного и их личного архива Н.Д. Батищева.

Неугомонный Батищев

Николай Дмитриевич Батищев во многом – уникальный человек. С одной стороны, он известен всем беловчанам, увлекающимся туризмом. Его знают на горных тропах Кузнецкого Алатау и Саяна. Иногда мелькает он и в городе – непременно с рюкзаком, в резиновых сапогах, с развевающейся седой бородой и внимательными глазами. В каждом движении – готовность рвануть на очередной маршрут или рубеж, сегодня на скалы в Дуброво, а завтра – уже в Забайкалье.

Но не только туризмом единым живёт Николай Дмитриевич. Уже много лет он возглавляет шашечную секцию Дворца творчества. Его воспитанники побеждают на российском и европейском уровне. И так же, как туристы Батищева славятся интеллектуальными способностями, его шашисты известны своей отличной физподготовкой.  Умные игры в его работе неотделимы от воспитания силы и выносливости.   

…Николая Дмитриевича мы застали за его любимым делом: он учил детей на полосе препятствий, позади Дворца творчества. В этот день под его началом были малыши 3-4 классов. Успевая и учить переправе через воображаемую пропасть по верёвкам, и страховать ребятню, и ловко бегать по натянутому тросу, убеждая не бояться, он повёл рассказ о своей жизни и своих трудах.

— Помните, с чего началось ваше увлечение туризмом?

— С детства, конечно. Я родился в селе Костёнково Новокузнецкого района. Места там красивейшие: настоящая тайга под боком, Синие скалы, где сейчас проводятся слёты кузбасских туристов. Как было не полюбить нашу природу!

Сызмальства ходил по тайге, переправлялся через реки – как вот эти ребятишки. Правда, таких способов, с верёвкой-маятником, мы тогда не знали – жёрдочки, переправы на деревянных козлах, которые сносило по весне, а то и на спине у колхозной лошадки. Пасечники к своим пасекам ходили через реки, держа при себе верёвки для переправы…

И узлы туристические именно тогда я научился вязать. В деревне «правильных» названий (шкотовый, штык, булинь, грейпвайн и т.д.) не знали, но по хозяйству многие узлы применяли, называя на народный лад. Помню свои первые деревенские узлы, «татарские». Сделал я их мальчишкой на скирдовании: обвязывали снопы и таскали в копны. Сейчас думаю: вязал бы снопы любимой «восьмёркой»! Но и тогда было крепко, ничего не разваливалось! И деревья меня научили валить направленно при помощи верёвок – в тайге за Чумышом. С такой работой поневоле станешь рукастым! Кстати, в шахматы и шашки тоже начал играть в Костёнково.

— А когда занялись туризмом уже профессионально?

— В 1993 году, когда пришёл педагогом дополнительного образования во Дворец творчества. До этого я 10 лет преподавал историю в школе. Работал по направлению и в Кемерове, и в сельских школах Яйского района. Но мне всегда казалось, что в детском туризме я смогу принести пользу, потому и перешёл в дополнительное образование.

— Помните свой первый спортивный поход в качестве наставника Дворца творчества?

— Никогда не забуду, потому что там были и золото, и уголовники, и старообрядцы, и потери снаряжения... Было это в 1994 году. Маршрут я проложил по совершено незнакомым местам – через Бийскую гриву. В посёлке Алтамаш Таштальского района мы тормознули попутную машину. Помню, что пассажиры показались нам странными. А это были уголовники, работающие на местной золотодобыче. Но мы это сообразили не сразу и они успели у нас всё выведать – кто мы, откуда, куда идём…

Ночевали мы в местной школе и директор сразу поинтересовался: «О чём ваши ученики говорили с «моими»? Ага, маршрут ваш они знают, а у вас и продукты, и карты, и деньги!».

 Он пообещал нам машину и рекомендовал другой путь – по золотоносной реке Селезень. Поутру мы долго стояли, причин никто не пояснял. А потом стало известно: двое зэков с поселения сбежали. Они оставили под одеялами вместо себя «куклы» из свёрнутых фуфаек и ушли ждать нас в засаде. И только когда поселенцев поймали, мы смогли тронуться в путь. Д

Дорога была мрачной: вокруг сёла старообрядцев, где никто воды не подаст, шарахаются, как от нечистых. Когда шли по тальнику выше человеческого роста, видели свежие следы медведя, слышали, как он ходит вокруг. Спускаясь с Бийской гривы на трассу, потеряли топор и котёлок… После я многократно ходил на Алтай, но таких экстремальных походов не припомню!

— С какого возраста берёте детей в походы?

— Простой поход, третьей степени сложности (на 25 км) могут пройти с двумя ночёвками и 7-летние. Более подготовленные дети могут идти в спортивный поход с 12 лет. Желающих много: во Дворце творчества занимается туризмом больше 160 человек. Кстати, в нынешнем году набрали малышей-первоклассников

— И куда ходите?

— В городе туристы облюбовали сосёнки в Старо-Белове. В Беловском районе ходим на Караканский хребет, поднимаемся на вершину им Героя Советского Союза Загайнова. Там наши молодые туристы почти каждую субботу. На караканском автобусе добираемся до условного центра Кузнецкого угольного бассейна (там установлен знак) и начинаем восхождение. Когда-то ездили на электричке в Бускускан и ходили на скалы в Дуброве, но РЖД отменило некоторые рейсы и направление захирело.

Для более серьёзной подготовки выбираемся в Кузнецкое Алатау, на приют «Кузбасский». Горы вполне проходимые, потому учить там детей очень удобно. Опять же: почти нет клещей. В других горах снимаешь их с себя десятками, а здесь и один клещ – событие. Бывают беловские группы там и зимой: ходят на лыжах от Лужбы до пика Поднебесного (Дураков), и дальше – по малому кругу. 

— Не страшно брать на себя ответственность за детей?

— Совсем молодых, 12-летних, мы в сложные походы не берём. Народ на серьёзных маршрутах повзрослее. Но, конечно, первый уже поход заставил призадуматься. Но он же и многому научил, да и наставники во Дворце творчества, вроде Виктора Петровича Левшина, помогали в новом для меня деле. И я это признаю. Борода уже седа, но и сейчас учусь!

Конечно, всего предусмотреть в походе невозможно. Мишек (т.е. медведей) встречаем в горах и на перевалах регулярно, лоб в лоб, но привыкли их не бояться: ведём себя шумно и медведь уходит. Плохо, когда он туристами прикормлен: так и тянет его проверить палатки и рюкзаки, поискать вкусненькое. Из-за таких вот «ручных» медведей мы два года уже не можем полноценно сходить с детьми по Поднебесным Зубьям: некоторые приютчики прикормили медведей, и те перестали бояться человека. Идёт сзади, преследует, бурчит…

— В современной истории беловского туризма были смертельные случаи?

— У меня слава Богу, не было никогда, как и серьёзных травм. Но в 80-е годы случались. Вот, Виктор Петрович знает (В. Левшин вступает в разговор)…

В.Л.

— В 1981 году при сплаве по Казыру (река в Кузнецком Алатау) перевернулось три катамарана-четвёрки с беловчанами. Их вёл опытный водник Сергей Охтень. Все выплыли, а Эдуард Лешков нет. Его нашли ниже по течению. Спасжилет не помог: при перевороте он ударился головой о камни, потерял сознание и захлебнулся. На Казыре ему долгое время стоял памятник. Но Эдик – человек уже взрослый. С детьми подобного не бывало. Да и водный туризм в Белове сейчас не развивается. Летом мы немного сплавлялись по Кондоме на катамаранах и байдарке, но там река спокойная, в отличие от Казыра с его порогами.

— О туризме мы поговорили. Но есть и вторая часть вашей работы – шашки. Как в Белове появилась секция, воспитывающая чемпионов мира по шашкам?

— Отцом-основателем беловских шашек стал Николай Алексеевич Петров. Он пришёл во Дворец творчества с производства (40 лет угольного стажа, был заместителем директора «Чертинской-Коксовой») в 1997 году и был страстным шашистом. Увлёк он и меня, хотя я изначально – заядлый шахматист. Но шахматы в 90-е годы стали медленно умирать: тренер беловской секции уехал в Прокопьевск, престиж, окружавший шахматы в СССР, пошёл на убыль. Нужна была интеллектуальная игра, способная увлечь детей. Шашки стали настоящим спасением: они развивают логику и мышление, им можно обучать даже с трёх лет!

За 10 лет Петров воспитал 5 кандидатов в мастера спорта по шашкам. Прославились своей игрой Александр Тузовский, Раиса Мещерякова и другие. К сожалению, Николай Алексеевич умер в 2017 году. Но дело его живёт, появляются новые чемпионы, а недавно мы присвоили его имя перевалу в Ергаках. Таковы правила спортивного туризма: тот, кто прошёл перевал первым, может его назвать. И теперь на карте России есть перевал Николая Петрова. Чтобы память о хорошем человеке не умирала!

— Это единственный след на карте России, который вы оставили?

— Я дал имя ещё двум перевалам – Российскому Крыму (Араданский хребет) и перевал Марии Есиповой (Ергаки). Первый получил своё имя в 2015 году, в память о присоединении Крыма к России – такой был тогда энтузиазм. Помню свои мысли на этом перевале: внизу озеро Изумрудная Гитара, дальше глубокая долина Малого Казырсуга и каскады гор, напоминающие крымские горы. Название пришло само.

А Мария Есипова – это первый, сталинский ещё руководитель областного туристического центра, которая в 1940 году организовала первые, разведывательные походы в Кузнецкое Алатау…   

Кстати, на карте Поднебесных Зубьев есть беловские имена. Например, пик Вареса (1752 м). В 60-х годах Альфред Угович Варес четыре года отработал в Грамотеине учителем, водил группы в Кузнецкое Алатау. Пик назвали после его трагической смерти от руки уголовника в Новокузнецке. 

— Как я понимаю, теперь вы чаще выезжаете на шашечные турниры, чем в горы…

— Шашками больше некому заняться. Вынужден наступать на горло туристической песне, в горах теперь бываю редко. Но по России мы ездим много и часто. Единственное, что сдерживает – финансирование. Сами понимаете: родителям накладно оплачивать поездки, особенно зарубежные.  

— Туристические навыки вам помогают во время поездок на шашечные соревнования?

— А как же! Все своё, как правильный турист, стараюсь брать с собой. В Сочи (там часто проводятся шашечные чемпионаты) всё дорого, поэтому в обязательном порядке везу в рюкзаке мешок картошки, крупы, консервы. На месте берём только овощи, фрукты и масло, готовим сами. Зато на сэкономленные деньги посещаем музеи и памятные места. Были вот недавно в Самаре – и на обратном пути смогли совершить большую экскурсию по Москве.   

— А есть ли примеры обратного влияния – шашек на туризм?

— Шашки, логические игры, шарады и задачки мы обязательно берём с собой в походы. Это очень дисциплинирует ребят, помогает занять их время, заставляет работать не только мышцами, но и головой. Недаром объединение, которое я возглавляю с 1994 года, носит название туристко-краеведческого интеллектуального клуба «Инт» («Интеллект, новаторство, творчество»). Думаю, это особенность кузбасского туризма: он старается дать личности всестороннее развитие.

— Николай Дмитриевич, 2 октября вам исполнится 62 года. Многие в этом возрасте дальше дачи не заезжают. В чем секрет вашего здоровья и неугомонности?

— Туризм восстанавливает мне силы. По весне думаешь: «Только санаторий и спасёт, нет сил…». А потом летом пошёл в походы, покорил горы, встретился со старыми друзьями, познакомился с новыми – и полон энергии! Общение с природой раскрывает скрытые силы. Например, со мной не раз ходил в категорийные походы сотрудник «Беловского вестника» Виктор Хлуднев. Он тоже поначалу не верил, что потянет такие маршруты, но показал себя крепким туристом.

Да и стыдно перед товарищами расслабляться и жаловаться на здоровье. В. Левшин работает по краеведению, возит ребят на Лужбу – а он старше меня на 12 лет. У нас работают такие «зубры», как Валентина Павловна Захватова, Евгений Викторович Тузовский, Надежда Анатольевна Апостолова, молодые, но бойкие Станислав Павлович Сырбу и Александра Евгеньевна Шарипова. В таком туристическом коллективе нужно соответствовать высоким стандартам и постоянно учиться!

— Есть у вас какие-то планы, перспективы?

— Мне всего 62 года, совсем молодой турист (весело смеётся). Вот, составляю сейчас отчёт о проделанном недавно походе 5-й категории сложности. Плохой была погода, но поход – замечательный, по Западному Саяну с Ергаков на Арадан.  По маршруту я прошёл со своим сыном, приехавшим из Москвы, и беловским железнодорожником Валерием Носковым (первый в Белове скайраннер – бегун по горам, «БВ» писал о нём в 2014 году). Составлю отчёт – смогу претендовать на звание мастера спорта по спортивному туризму.

Этими местами я не могу налюбоваться. Кузнецкое Алатау – это первая, тренировочная база беловского туризма, там мы тренируемся с детьми, а красноярские Ергаки – это перспективное направление, это взросление. Жалею, что не художник: там огромное количество уголков, которые так и просятся на картину…

Хотелось бы мне подняться и на самую высокую гору Сибири – алтайскую Белуху (4509 м). В общем, есть куда стремиться!

— А о перевале Батищева не мечтаете?

— Ой, нет! Я такое название дать не могу, совесть не позволит. Мне достаточно того, что я оставил на карте имя своего друга, нашего замечательного шашиста Николая Петрова. Пускай люди помнят о тех, кто всю жизнь посвятил детям! 

Нашли ошибку? Выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

avatar
  Подписаться  
Уведомление о

Погода